Биологическая терапия атопического дерматита

— Меня зовут Наталья Михайловна Ненашева, аллерголог-иммунолог, доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой аллергологии и иммунологии Российской медицинской академии непрерывного профессионального образования.

— Вы знаете, на самом деле аллергологи-иммунологи традиционно участвуют в Конгрессе педиатров, потому что нет детских аллергологов и нет взрослых. Аллерголог-иммунолог занимается всеми: и детьми, и подростками, и взрослыми, и пожилыми. То есть просто доктор аллерголог-иммунолог.

Поэтому, естественно, учитывая колоссальный рост аллергических болезней, во-первых, колоссальное уже число пациентов, которые страдают аллергическими болезнями, и тот рост, который отмечается абсолютно во всём мире, конечно, аллергические заболевания самые разные очень активно обсуждаются в среде педиатров.

Действительно, большая часть аллергических болезней начинает иметь своё начало именно в детстве. И дальше, к сожалению, страдают уже наши пациенты на протяжении, по сути дела, всей жизни.

— Да ну что вы, боже сохрани. Это абсолютный миф, и мне кажется, что он сейчас уже очень редко используется. Нет, аллергические болезни — болезни сложные, многогранные и многофакторные. Там участвует и генетика, и действительно изменённый иммунный ответ. Но большая часть аллергических болезней запускается аллергенами, недаром они аллергические.

Учитывая современное общество, современный мир, когда аллергенов не становится меньше, а становится только больше, безусловно, влияние стресса, кстати, тоже. То есть настолько многофакторная причина аллергических болезней, которая никак не связана с каким-то нарушением работы печени абсолютно.

— На самом деле атопический дерматит — это первое проявление аллергического заболевания, которое как раз в детстве и начинается. Увы, иногда прямо на первом году жизни, то есть очень рано начинается.

И атопический дерматит действительно долгое время считался только заболеванием кожи. Вот только страдание кожи, поэтому лечить надо только кожу. Но уже в XXI веке стало понятно, что это не так. Чем больше мы стали узнавать о механизмах развития этого заболевания, тем больше стали понимать, что это действительно системная болезнь.

В основе лежит Т2-иммунный ответ, Т2-воспаление. То есть воспаление, которое характеризуется изменённым иммунным ответом, превалированием иммунного ответа второго типа, так называемого, к которому относятся и клетки врождённой иммунной системы, и клетки адаптивной иммунной системы.

И так как это системный иммунный ответ, то, естественно, это системная болезнь.

А второй момент очень важный. Это хорошо известный факт, что лица с атопическим дерматитом, особенно детки, которые начали болеть рано, которые имеют персистирующее течение заболевания, имеют большой риск развития других аллергических болезней: аллергического ринита, бронхиальной астмы, пищевой аллергии, эозинофильного эзофагита и так далее.

А у взрослых пациентов с тяжёлым атопическим дерматитом значимо выше риск других воспалительных заболеваний, даже сердечно-сосудистых, аутоиммунных и так далее.

То есть вот оно — системное воспаление. Понимаете, системное воспаление не может реализовываться только в каком-то одном органе, даже если это такой огромный орган, как кожа. Оно проявляется во многих органах и системах, многие органы и системы страдают.

Поэтому игнорировать атопический дерматит ни в коем случае нельзя. Его обязательно нужно лечить, обязательно контролировать. И тогда мы сможем профилактировать развитие других аллергических и не только аллергических болезней.

— Кумулятивное бремя болезни — это понятие собирательное. Это то влияние, которое заболевание оказывает не только на физическое здоровье, но и на психическое здоровье, на возможность работать, учиться, на выбор карьеры.

Это заболевание оказывает влияние не только на самого пациента, но, если мы говорим о ребёнке, то на всю семью. Это и экономическое бремя. Потому что это хроническая болезнь, атопический дерматит — заболевание хроническое, которое протекает на протяжении многих лет и десятилетий, особенно если это среднетяжёлое или тяжёлое течение.

Оно может сменяться обострениями и ремиссиями, но протекает длительно. И всё это оказывает на жизнь человека колоссальный эффект — не только в отношении физического здоровья, но и психического.

Эти пациенты чаще имеют депрессии, тревожные расстройства, страдает коммуникация, социальная адаптация детей и подростков, выбор спутника жизни, сон — абсолютно всё. Вот это всё входит в понятие «кумулятивное бремя болезни». И кумулятивное бремя при тяжёлом атопическом дерматите очень велико.

— Конечно, бывает. Аллергические реакции подразумевают воздействие аллергена. Нет аллергена — нет реакции.

— Если есть аллергия к пыльце берёзы, то она, конечно, будет проявляться. В большей или меньшей степени. Это зависит от сезона. Один сезон может быть высоким, другой — низким. Весна может быть холодной и мокрой, а может быть бурной.

Кроме того, мы проводим аллерген-специфическую иммунотерапию. Мы формируем специфическую иммунную толерантность к данному аллергену. И после 3–4 лет терапии пациент не реагирует. То есть это всё возможно в руках аллергологов. Это уже не перспектива, это уже работающий метод.

— Да, естественно. Биологическая терапия — новый вид терапии, как всё новое, вызывает опасения, страхи и мифы. Что она влияет на репродуктивное здоровье, что пациенты могут развить онкологию, что они чаще подвержены инфекциям, что их нельзя вакцинировать и так далее.

Это не так. Все мифы рождаются от недостатка знаний. Незнание порождает страхи. Поэтому мы стараемся образовывать наших пациентов и родителей пациентов. Простым языком объясняем, что такое атопический дерматит или бронхиальная астма и почему данному пациенту нужна биологическая терапия. Она нужна далеко не всем, только пациентам с тяжёлыми формами болезни.

Мы объясняем, что биологическая терапия — очень целевая, таргетная. Она действует только на те звенья патогенеза, которые нужно привести в норму.

В нашей стране опыт применения генно-инженерных биологических препаратов в аллергологии и пульмонологии уже около 15–17 лет. У нас есть реальный опыт. И он показывает хороший профиль безопасности. Нежелательные эффекты возможны на любой препарат, но на биологические препараты они развиваются редко и, как правило, контролируемы.